FAPL.ru — Английская Премьер-Лига

На текущей неделе в возрасте 86 лет из жизни ушел владелец "Манчестер Юнайтед" Малкольм Глэйзер. Предлагаем вашему вниманию повествование об этом человеке, которому был безразличен футбол, но небезразлично процветание своего бизнеса.

Неподалеку от "Олд Траффорд" есть место, которое трудно обойти стороной, находясь на пути к стадиону.

Для грека Ангелоса это – семейный бизнес, ведь управление сувенирной лавкой он перенял у отца, открывшего магазин более сорока лет назад. Впрочем, понятие "сувенирная лавка" явно принижает достоинства той продукции, которую предлагает туристам Ангелос. Нет вещи из официального магазина "Манчестер Юнайтед", которую у него нельзя было бы купить дешевле. Нет вещи, которую мог бы вообразить себе фан манкунианцев, но не выставил бы на свой прилавок греческий предприниматель.

Магазин Ангелоса сохраняет внутри себя аутентичность клуба и передает его ценности, где желание оставить посетителя счастливым превалирует над целью всеми способами разорить его кошелек. Именно поэтому грек служит моральным авторитетом, глубоким взглядом анализируя любые события в клубе на выбор покупателя. Дэвид Мойес переживает один из своих самых провальных месяцев, но Ангелос не спешит сбрасывать всю вину но шотландского менеджера. Он возвращается к Рою Кину и той причине, по которой ирландец покинул "Олд Траффорд": недовольство трансферной политикой клуба. Ангелос спокойно замечает, что за последние восемь лет – с момента появления в клубе новых владельцев – МЮ потратил на рынке меньше средств, чем "Челси", "Манчестер Сити", "Ливерпуль" и "Тоттенхэм".

Малкольм Глэйзер ушел из жизни спустя несколько месяцев после тех комментариев Ангелоса, приблизительно иллюстрировавших общее отношение местных болельщиков к фигуре американца. Вы не вправе обвинять их в плясках на могиле старика: своего отношения к бизнесмену на "Олд Траффорд" не меняли с того дня, как он принялся настырно скупать акции манчестерского клуба, продолжая свою жизненную экспансию на уже готовые предприятия. Конечно, это не назвать бизнесом для начинающих – этот процесс подходит уже состоявшимся предпринимателям, имеющим имя для выгодного привлечения кредитных средств под уже прибыльные проекты. Глэйзер этим пользовался, фаны этого не принимали просто потому, что они фаны, и природа их отношения в самом определении этого слова. Среди кабинетных менеджеров в истории английского футбола хватало как одержимых игрой людей, так и одержимых деньгами жуликов, но этих людей, по крайней мере, объединяла страсть к делу. На таком уровне Глэйзер предстал первым человеком, который был одинаково далек от болельщиков и проходимцев: он вложил деньги в "Манчестер Юнайтед" так, как прежде вкладывал в недвижимость. Бездушно и с конкретными целями, в процессе, не нарушавшем никакие юридически зоны и даже моральные догмы бизнес-игры.

Сын литовских эмигрантов еврейского происхождения, он с малых лет помогал своему отцу промышлять в ломбарде, хотя степень бедности Малкольма и его многочисленных братьев и сестер до сих пор оспаривается. Глэйзер не стал публичным человеком, но успел отметить в своей биографии трагичное положение, в котором оказалась семья после смерти отца: от того, по словам бизнесмена, остался портсигар и триста долларов. Одна из сестер, которая позже воевала с успешным братом за наследство матери, опровергала такую информацию и уверяла, что дети всегда были обеспечены тем, что обычно позволяют себе семьи среднего достатка.

Малкольм почти сразу же забросил учебу в колледже, сконцентрировавшись на собственной ювелирной лавке. Дела пошли в гору, сеть разрослась и уже через несколько лет молодой бизнесмен начал вкладывать деньги в недвижимость, самую очевидную сферу преумножения своих доходов. Глэйзер не останавливался, став к девяностым годам миллиардером с послужным списком неудачных (по большей мере) попыток выкупить уже сформированные предприятия.

Какая-то часть подобных целей американцем была достигнута, но ширина его бизнес-интересов скучна настолько же, насколько скучна его личность. Глэйзер, подобно бывшему наркоторговцу из гетто, сделал все, чтобы минимизировать упоминания своего имени в прессе. Он дал всего несколько интервью, а к моменту покупки "Манчестер Юнайтед" вовсе отказался общаться с журналистами, чтобы "не делиться своими бизнес-планами" с другими. Глэйзера не интересовал спорт, как не интересовали подробности производства в любых подконтрольных ему предприятиях – его интересовали способы заработать.

В 1995, покупая клуб NFL "Тампа Бэй Баккэнирс", он говорил, что идет на эту сделку только ради одного из сыновей "любителей футбола", но люди, знавшие Малкольма, убеждали в том, что простоватый интерес никогда не заставит его поставить на карту приличную сумму денег. Он стал более-менее публичной персоной на матчах NFL, хотя большая часть болельщиков в Тампе все равно путала имя владельца франшизы. Упоминать его лишний раз необходимости не было: дела команды в ближайшие годы пошли верх не только в спортивном, но и в коммерческом плане – что Глэйзер и его сыновья привнесли в "Баккэнирс", так это новый уровень отношений с местным коммьюнити.

Делая заход в "Манчестер Юнайтед", страдальчески продававший свои акции двадцать с лишним лет, Глэйзер уже ничего не говорил и ничем не прикрывался. Впоследствии станет известно, что Малкольм за годы своего владения клубом ни разу не ступал на территорию "Олд Траффорд", хотя покупкой ему удалось осчастливить как бывших владельцев, так и сэра Алекса Фергюсона. Менеджер находился в состоянии конфликта (из-за общих прав на одну лошадь, принимавшую участие в скачках) с другими акционерами и претендентами на большой кусок. Глэйзеры выкупили акции Джона Патрика Макмануса и Джона Магниера, а в июне 2005 довели общее число своих владений в клубе до 97 процентов.

Все бы ничего, но часть фанов ушла в мысленную и даже практическую оппозицию к американцам не просто так. "Юнайтед" были выкуплены за кредитные деньги, на погашение которых и была ориентирована деятельность "Юнайтед" в ближайшие годы. Это был циничный ход для футбольной страны с традициями, но он не сулил ни малейших экономических проблем. Еще к приходу Малкольма (хотя, его роль в "Юнайтед" всегда была ограниченной и отдаленной от интересных нам вопросов) МЮ имел колоссальные доходы на мировом уровне, потому новые владельцы получили дойную корову. И они, о чем часто забывают местные фаны, заметно улучшили маркетинговую составляющую дела.

Забывают, в первую очередь, потому, что клуб Глэйзера с первого дня был ориентирован на сухие, не спортивные экономические цели. Эта деятельность не несла никакого угрозы МЮ: о том, что манкунианцы тратили меньше конкурентов, говорят часто, но также за эти годы команда выиграла пять чемпионских титулов, одну Лигу Чемпионов и дважды сыграла в финале этого турнира. Прежние события объясняют, почему Алекс Фергюсон всецело поддерживал непопулярных американцев, но также шотландцу нечего было жаловаться и по факту сотрудничества – большая часть его трансферных и контрактных интересов удовлетворялась.

Смерть Малкольма Глэйзера, вероятнее всего, не будет иметь существенного эффекта на манчестерский клуб. Его управление давно находилось в руках сыновей, которые продолжат гнуть прежнюю семейную линию бизнеса, выставляя на продажу некоторые акции, погашая долги и мимолетно пополняя свой карман от коммерческих доходов "Юнайтед". Разумеется, в их планы может внести корректировки туманное положение команды, лишившейся Фергюсона, но сами они под давлением обстоятельств не изменятся – их единственной целью будет оставаться сохранение "Манчестер Юнайтед" как бренда. Это не та страсть и не методы, которые удовлетворят болельщиков, но футбольные боссы уже давно живут в отдельном от них мире. Концентрировать всю злость на фамилии Глэйзер, забывая о том, что подобные правила в игре допустила безразличная Футбольная Ассоциация, в корне неправильно. Здесь уж все согласно известной американской поговорке: "Ненавидьте игру, не игрока". Грек Ангелос и американцы Глэйзеры играют в разные из них.

Иван Громиков специально для FAPL.ru